Виталий ЛЕХЦИЕР

Побочные действия

      Четвёртая книга стихов.
      М.: АРГО-РИСК, Книжное обозрение, 2009.
      ISBN 5-86856-175-9
      Книжный проект журнала «Воздух», вып.40 (серия «Поэты русской провинции», вып.11).
      56 с.

    Заказать эту книгу почтой



I


* * *

Будем сидеть до потери пульса,
философема, горох убойный,
что ты ссутулился, не сутулься.

Прибереги эту мысль на завтра,
хочешь попробовать новый кофе,
что-то творится с твоей осанкой.

Что происходит, когда ты дома
вдруг замираешь у книжных полок?
Это зависимость, не истома.

Ты почему перешёл границу?
Нужно спланировать летний отпуск,
как там живёт без тебя больница?

Время моё молоком свернулось,
лучше б зачмокало манной кашей,
сахарной косточкой поперхнулось.

Лампу не надо так близко ставить,
форточку лучше открыть пошире,
я же успела всё сделать, да ведь?


* * *

Притормози на остановке,
на Карла Маркса, у заправки,
раздай буклеты для затравки.

На два билета, на четыре,
вот три рубля, кому тут сдача,
давай останемся в квартире.

Давай не будем извиняться
друг перед другом, как сегодня.
Отстать, заткнуться, рассмеяться.

Я знаю, где живёт бессмертье, –
оно в яйце под майонезом
и в фирменном твоём десерте.

Отдай на откуп медицине,
рутине, технике, роману,
предшественнику, некроманту.

Начнём приготовленье фарша
для самоедства: см. бездарность,
см. лень тягучая, как спаржа.

Переверни на лицевую,
найди под смесь любую тару,
ну всё, пора на боковую.


* * *

... Массу творожную, масла пачку,
пудинга три, килограмм сосисок,
щас я достану свою заначку.

Щас я скуплю всё, что вижу, скопом,
кассовый ордер, приходный ордер,
не напрягай ни ментом, ни копом.

В зубы ещё, за плечо, в охапку,
из-под полы, с молотка, от пуза,
дайте в пакетик одну буханку.

Дайте две тысячи до зарплаты,
зона офшорная, пункт транзитный,
где же такого меня нашла ты?

Пренебреженье, победа, скорость,
вот те пятак – положи в копилку,
хочешь услышать плохую новость?

Я сообщу тебе: есть надежда,
белая зависть и дохлый номер.

Я утверждаю: никто не помер!

Я говорю сам себе: попался,
как на перловку, на имя «Гуссерль».
Пропылесось, если здесь остался.


* * *

Лангобардов опять понесло,
нужно срочно скатать за клубникой,
воскресенье – какое число?

Мяч над сеткой, пониже, пас два,
со второй, уходи на подачу,
буду бить, оклемаюсь едва.

Я бы выпил за этот прострел
поясничный, за выстрел из пушки
и за ласточку, если поспел.

Застолби в переходе столба,
отрывайся по полной программе
взлётом молота, свистом серпа.

Полнагрузки поставь на апрель,
здесь поможет один перфоратор,
бесполезна соседская дрель.

Душно очень, откройте окно,
отнесите тарелки на место,
хочешь, купим тебе кимоно?


* * *

Рядом сядь. Говори, говори, но сядь.
Прихоть? Прихоть. Исполни же эту прихоть.
Посиди пять минут. Ну, замри хоть.

И ты считаешь, что я не прав?
Тогда поставь саундтрек с дудуком,
как тебе сбор парагвайских трав?

Чистый чабрец, подожди, не пей,
подожди, Wedding dance или Strange and Empty,
помнишь магическое: Измаил-Бей?

И на холсте венеция каждый день
не успокаивает, наоборот – заводит,
так и ты наводишь тень на плетень.


* * *

В чёрный список я не попадаю,
слава богу

стул мой вошёл, наконец-то, в норму,
слава богу

завтра всего лишь одно занятие,
как приятно

ты посмотри, что там творится,
ужас, ужас!

евреи теперь пойдут до конца,
так и надо

ты не видела щётку, она была ведь,
здесь лежала

ничего не болит, это невероятно,
слава богу


* * *

Ясность, пылкость, хвастовство,
у кого какая точность,
кто – истец, а кто – того.

Лезь в бутылку, на рожон,
бей наотмашь по бумаге,
ты давно уже смешон.

Кропотливость, дух, облом,
текст вымучивая краткий:
удаленье папиллом.

Обеспечь себя на день
чтивом, шумом, бутербродом,
вещи тёплые надень.

Исчезая, исчезай,
оставаясь, оставайся,
вон из кожи вылезай.

Смех, картинка, сервелат,
возвращенье из забвенья,
память тычет наугад.

Кротость, тормоз, естество,
у кого какая светлость,
безналичка, кумовство.

Наливай вчерашний чай,
у кого какая смелость,
ад на вторник назначай.

Отменяй пространность дня,
суточную долю злости,
можешь выслушать меня?


* * *

Исповедальня будки телефонной –
«Ремонт часов», «Автозапчасти», «Хлеб» –
решивший исповедаться нелеп,

смешон, метафоричен и случаен,
как заработок старый в январе
и майский жук, застрявший в янтаре.

Греми, цивилизация, мигай,
подмигивай глазами светофора,
– Аврора, это улица Аврора!

Займись собой, читай рекламный щит
и перечитывай, ищи подтекст, в котором
субстанция заводится мотором
и трубкой телефонною пищит.


* * *

Чистосердечно вырвись напоследок
из дома и карманной суеты,
пастух пасёт мороженых креветок,
Раскольников бросается в кусты.

Не спи, не спи, художник, будь завистлив
по-белому, встревожен, не дрожи,
когда мозги, как Windows, зависнут,
уткнувшись в цифровые рубежи.

Купи меня за рис и за коврижки,
за чистые до блеска башмаки,
вдоль Полевой бежит малец вприпрыжку,
с автобусами наперегонки.


* * *

Просто время от времени перелистывай,
перечитывай или бери с собой,
чем всё дальше от, тем неистовей.

Страх пришёл, о котором и не загадывал,
потому что страшно сюда взглянуть,
по чужим коробкам себя укладывал.

Канцелярской скрепкой к чему приколот,
ты, отложенный на чуть-чуть?
Насыщенье кончилось, вот он – голод.

Путь майолики, метод кривой ухмылки,
служба сервиса, кнопка прямой рассылки,
после завтрака сразу – синдром развилки.

Просто время от времени переписывай,
заходи на сайт, где ты значишься,
соблюдай режим автовизовый.


Песни рекламного агента

Будем спорить, кто попадёт в психушку,
телефон отключится, поставь его в базу,
племяннику на полгода купить игрушку.

Ловись, ловись, рыбка, большая и маленькая, –
говорим обычно, когда выходит
монография, вон их целых пять коробок.

Люблю шампунь для сухих волос
и рекламные объявления, расклеенные с умом,
разных форматов, трезвон стоит абсолютный.

Новые песни придумала эта работа,
война, промышленный шпионаж, тонкости
дизайна, задето, видимо, честолюбие.

Интервью о кредитах, игольчатом душе, банях,
алкогольной интоксикации и Тунисе,
кинотеатре домашнем, упомянуть Бодрийяра.

Назовись директором креативным, проверь подпись,
поставят учредителем, оптимальный график,
ещё в понедельник я хотел сесть за книгу.


* * *

Три лекции подряд. Моя гортань
отказывает. Кафедральный кампус.
Начни сначала, свыкнись, перестань.

Сворачивай, не сдерживайся так,
как будто дали по башке кувалдой,
Декарт-Картезий, бабушкин сустак.

Менора под стеклом, и две руки
самшитовые тянутся друг к другу –
Буонарроти ставропольской зги.

Итак, мы греки, скифы и тузы
червей, бубей и грецкие огрехи,
башкиры, кельты, помнишь Туймазы?

Мы византийцы, тишь да благодать
течёт по венам, выключи колонки,
мы велики, придётся пересдать.

А я рождён в пустыне, на песке,
под тюркским солнцем, в каменном бассейне,
где даже смерть висит на волоске.


* * *

Спортивная майка, трусы и кроссовки,
присутствуй, согласно своей расчасовке,
согласно числу в телефонной заметке,
учти, коротнёт в повреждённой розетке.

Ландшафтный дизайн и альпийские горки,
как горечь во рту мандариновой корки,
как слепок с моей тонзиллитной гортани,
не надо на масле, подай на сметане.

Картошка в мундире, зелёная карта,
я жизнь поменял на сомненье Декарта,
на тонкие губы и белые руки,
в которых сейчас Мураками Харуки.

На тёртые злаки и тряпку от пыли,
как будто поставить в известность забыли,
присутствуй смелее, записывай в график,
надежда мельчает, как плата за трафик.

Английский бульдог и боксёрская стойка,
как будто последняя сбилась настройка,
накачивай инфу, как мышцу – снарядом,
оформим его договором-подрядом.

Карманные деньги, лапша от листовки,
и страсти души, как авто на парковке,
рекламная площадь, дворцовая склока,
к субботе прочтёшь Сологуба и Блока.


* * *

Магическим числам положен конец.
Пока далианский не пойман тунец,
отправь подмалёвок Ван Дейку.
Парадный портрет, прасковейский коньяк,
я чувствую в теле приятный напряг –
жена опускает бретельку.

Турецкая баня, массажный салон,
прекрасное (с)ложно, отметил Салон,
ввалившись в посудную лавку.
Гаражная пыль или стрелка в метро,
и Хитроу вновь поступило хитро,
на отпуск набросив удавку.

Вращайся в кругу именитых персон,
мотивы комичны, как пара кальсон
и хруст канцелярского бланка.
Прыжок с парашюта, как бог из машин,
примерка: ладонь, дециметр, аршин,
плюс культовый фильм «Касабланка».

Вьетнамское множество, новый завоз,
и Новый Завет незаметно зарос,
как чадо солидных соседей.
Калёным железом меня направляй,
делосский ныряльщик, французский джедай
и ветер обеих Осетий.


* * *

Любовь, риторика, морозы,
безвыездно торчать в сети,
Германия, твои вопросы,
скребут, как кошки взаперти.

Мороз, моторика, Эво́ра,
во всём виновная, скажи
«без драматизма, без укора»
и в шарф приподнятый дыши.

От судорог улётов встречных
первичный замысел тяни,
как подмастерье дел заплечных,
на лёгкой мысли, за ремни.

И сразу вздорную свирепость
забей в рождественский косяк.
Мороз усиливает крепость
и рост, как утренний стояк.


* * *

Может, тише на три тона?
не буди во мне тритона,
волн вздымающего мрак,
я пока Иван-дурак.

В решето
утекая водой –
мы что,
поругались с тобой?


* * *

Обернись вокруг своей оси,
подъезжая к станции Самара,
на плечах с три короба неси.

Мизансцена: Лир и фармакон,
сигарета уезжает в тачке,
идь сюда, тебе Сатирикон?

Соблюдай легенду, как баран,
не видал хоккейные ворота?
Ханука, еврейский ресторан.

Десять лет спустя она зажглась,
дымовая шашка, тамбур вымер,
старая машинка завелась.

Если кто и спросит, не скажу,
почему курсирую так странно
вдоль себя, завяжешь? завяжу.


* * *

Проставиться, проститься с пустотой
и с тонзиллитным нёбом распрощаться,
прослабиться у тени под пятой
и напоследок с Музой пообщаться.

Прославиться, прослыть самим собой,
принять на грудь, проспаться до финала,
преставиться, вольфрамовой дугой
перегореть, мерцая вполнакала.


* * *

мосты и паркинги и грёза набекрень
съезжай как кепка крякнувшая уткой –

какая    хрень

планируй строить следующим днём
а ночью спи не спи башку как вентиль

не отвернём

волы на стрельбище и банки на окне
стоят в шеренгу Пятница в субботу –

сиречь      Турнье

манты пропарены как шняга из ремня
язык колбасится и прётся полосато

округ        меня


Новые просьбы и старые страхи

1.

эта песня не подходит
убери отцовский свитер
можно конкурс, можно танцы
очень хочется семьёй
всей позавтракать сегодня
и какую ставить дату?
тридцать первого, в двенадцать?
пап, пожалуйста, ответь

2.

итак, кому живётся лучше?
да дегустаторам, конечно,
посыпать вам зелёным луком?
мне лично нет, мне лучше сыром,
рекомендую эти ножки
их нужно есть в холодном виде,
холодненькими, наша мама гений

3.

я прошу тебя, услышь
знаешь, где библиотека?
со двора, подъезд второй
примыкает к ней хрущёвка
ничего не перепутай
три решётки, три окна
ну, тебя, придурок, блин

4.

а можно хлеб иметь не на бумажке!
а как-то на тарелочку нарезать,
бумажку же не в хлебницу, конечно,
и есть хотя бы раз не как на свалке!

5.

Просьба: выкинуть помои

ДО ПРИХОДА ЧЕЛОВЕКА

это очень важно

6.

Включи, пожалуйста, утюг –
тут водолазка не досохла

7.

Возьми мешок, но только не прозрачный,
чтоб туфли не были видны.

8.

Я очень боюсь,
как бы мне не свалиться
во время семестра

что же сделать с собой?

ты живёшь лишь в своём измеренье,
ещё час – и уйду я из дома

9.

Будь осторожен с деньгами,
я очень боюсь,
столько езды и метаний...

10.

В шестнадцать у Бусоргиной,
оставь свой телефон и адрес –
вдруг я заеду за тобой.

11.

Что кричишь-то, зачем орёшь?
Убери свои руки подальше,
будешь дома, пока не поймёшь.

12.

Ты не будешь есть морковь,
баклажан могу отрезать,
при условии, что мясо
ну, хотя бы в рот возьмёшь.


* * *

Как заработать на фондовой бирже,
вашей удаче и нашей беде?
распоряжение ГИБДД,
город Самара, ни дальше, ни ближе

город Самара, ни бедно, ни худо,
выдернуть шнур или выбить стекло,
не забывайте в салоне бабло,
не открывайте до полной покуда

вышлете нам предложенье по почте,
срочное фото на памятник, квас,
три на четыре, цветную, анфас,
если возможно, тот лучше отсрочьте

голодомор, через пень и колоду,
эвакуатор и самозахват,
хватит ли нам на толпу киловатт,
горло порвём за квартиру и квоту

в кресле гэбэшник сидит величаво,
правит картель своего короля,
универсальный прирост холуя,
вот и конец или снова начало?

что вам известно о новом кредите?
боулинг в восемь, Куру́моч, вокзал,
это себе я уже доказал,
заблаговременно предупредите.

город Самара, ни шатко, ни валко,
метафизический треск в лопастях
и тишина на пустых площадях,
лишь на трибунах повисла кричалка.


Зимние каникулы

1.

Тебя и чай уже не кроет,
картёжница? запей вином,
меня лишь телик успокоит.

За городом, где прёт зигзагом,
не леденея, Кандурча,
бравируй вымокшим госзнаком.

Толста́я в клетчатой обложке –
my best – с коробкою конфет,
душа как тело в неотложке.

Ты должен отзыв накарябать
к тринадцатому, после лыж,
так перестань на мозги капать.

На белом автореферате –
шампур вонзается в сосну –
к обрыву выйти, как в зарплате.

Делёз под яблоки и груши,
возьми в мешок на пятерых,
как весело торчать на суше

японской, сунь за батарею
скелеты пары свитеров,
я улетаю в  а л е т е й ю.

2.

Вставай, конькобежец, на ноги,
пока не закрыли подвал,
как строчка бежит караоке,
я вензель коньковый проспал.

Лыжню мировую профукал,
украдкой ворвись на каток,
в хоккейных коньках центрифугой
крутись, чтобы вымок и взмок.

Пивко и лыжня совместимы,
когда заблудился в бору,
поспорь о душе с Диотимой,
котлетой заешь на пару.

Пошли золотое крепленье
по матери, снег на ура
до белого греет каленья,
сосновая тает кора.

Семейный подряд баскетбола,
в шашлычных рубцах пуховик,
рождественский выдох Эола,
нервический, шулерский тик.

Греми побеждённой тарелкой –
пока занавеской бельма
подпрыгнет непуганой белкой,
накроет кромешная тьма.


* * *

Имя –

одно на двоих

как и привычка брать горлом

колкости перевода с русского на русский

ежедневный мимезис взаимный

неслиянно и нераздельно –

приговор

гороскопа


* * *

Пробуждение, продлись,

глаза откроешь –

и всё забудешь,

снова уснёшь –

ничего не вспомнишь,

бодрствуй,

оставаясь

на кромке


* * *

Летучую мышь накрыл газетой

прихлопнул

выкинул в окно

сообразив
                    постфактум

о фольклорной основе случившегося


* * *

рано или поздно

что ни встреча, то развязка

простоты счастливый дар
требует времени

всё обещает только тяжелеть

и если чувство не таково
что непреклонно сводит вместе

знаешь ли ты третий путь?


II


МИСХОРСКИЕ СТИХИ

1.

Вечерний бриз, девятый вал,
тысячелетняя олива.
«А бабы здесь при чём?» – сказал
Хрущёв, на санаторий глядя.
– «Постройка пятьдесят шестого.
Архитектор...».
                        Но с тех пор
не мог уже наш архитектор
                                              бедный
в своём же собственном дворце
                                                монументальном
здоровье поправлять.
                                И сталинки его лишили!
«Несправедливо!» – говорите вы,
садясь удобней в кресло перед трубкой
и вяло затянувшись эвкалиптом.


2.

Я тебя целую в переносицу –
очень сладкое место,
шапочка резиновая,
кипарисы, названные морковкой,
лунный камень магендовидом,
галька липнущая,
круг надувной
                        потерянный –
пахнет морем
твой браслет из можжевельника.

3.

Билеты  гасятся, а деньги не дают:
их возвращают только в той же кассе,
в какой и покупали их...
                                      Ну что же,
минусуй:
канатка на Ай-Петри,
                                    авантюра
с авантюрином, обе вазы
                                          (обе!),
презенты в виде масел и кулона,
кошачий глаз (браслет), в Бахчисарай
поездка под большим вопросом,
три раза на день минералка,
                                              вместо
обычной плёнки лишь двенадцать кадров,
и проявка – дома.
На фруктах экономим и на тачках,
садимся только в рейсовый автобус,
и тряски будет меньше – даже лучше...


ВЕРХНИЙ ЧЕГЕМ

1.

Фотография, камера, вдох,
безраздельно господствует топос,
предок, воздух, предписано топать
до источника, чтоб не засох.

Пить айран и купаться в грязи,
пробираться тропой терренкура,
а какая там выйдет фигура
из печёнки – покажет УЗИ.

Бейся в теннис, скачи на коне –
всё равно ты не станешь джигитом,
чабаном, терапевтом и гидом
по кавказской прицельной войне.

Акмеизм сероватых хребтов,
минеральной воды преизбыток –
ледниковый надёжный напиток –
вяжет трубочки алчущих ртов.


2.

Распишись, выбирай сама,
охра, хор, хичины, хурма,
Санчо, пончо, двойной дуплет,
без прописки, но следом в след.

Место, тесто, картошка фри,
прибыль сразу дели на три,
выдь на Волгу, зайди домой,
носом – по ветру, хвост – трубой.

Сельдью в бочке тащись на юг,
три рубашки, две пары брюк,
ключ на вахте, лицо в пуху,
рыльце, стало быть, на слуху.

Сколько денег оставил тут!
Слава богу, одет, обут,
свет горчичный, вечерний йод,
после свадьбы не заживёт.


3.

Скажи в тоннельной темноте,
а может, не пойдём на ужин,
застыть в черекской тесноте.

Совпасть с чегемской крутизной,
где пролегла моя граница*,
водой упейся соляной.

Кирпич, шпатлёвка, Теберда,
погладь-ка белую рубашку,
прекрасна горная гряда.

Почтамт, продукты, мерседес,
корми меня отборным мясом,
я волк, который смотрит в лес.

Смотри, какая высота,
нельзя, я переодеваюсь,
удачной выдалась среда.

Три тыщи метров над землёй,
куда там лестничной одышке,
нырнуть, как в омут, с головой.

Ты выспалась, ну как спалось?
Ты лишь чуть-чуть взяла левее,
как сразу всё оборвалось.


4.

Овсянка в мерседесе, Кабарда,
абракадабра, мы проедем через
аул, смотри направо: там гряда.

Там скотовод ведёт себя ахти,
в пятнадцать тридцать подгребай на теннис,
на дискотеку в девять, без пяти.

Деталь такая: храм стоит в Сентах,
стоит в горах одиннадцать столетий,
стоит вдали, стоит себе в сердцах.

Дух перевёл, теперь расправь хребет
скалистый или пастбищный, старейшин
и молодёжь отправили в бювет.

Ты – овцевод, ты пострижёшь овец
и встанешь за прилавок, как заправский,
ты – овцевед, как брат твой и отец.

Сыграем в Тетис, теннис отдохнёт,
кругом эпоха минеральной ванны,
меня лишь карачаевец поймёт.


5.

Утюг включила? Выключи опять.
Я собираюсь пережить событье.
Как всё поправить? Как тебя унять?

Катамаран, купаться здесь нельзя,
ищи в кармашке, там она должна быть,
поставь на место моего ферзя.

Просчитывай на пять ходов вперёд,
на пять годков, на шесть десятилетий,
когда тебя с лица земли сотрёт.

Тут будет банк лежать, давай, сдавай,
ну, кто на пляж потащит документы,
садись на лошадь, залетай в трамвай.

Сдувай шары, пакуй календари,
как Энди, аналитик упаковки,
потщательней намажься, не сгори.

И пусть она отстанет от меня,
ну, подождите, я готовлю воду,
так ты видал? что думаешь? Фигня.


6.

Где можно лампочку купить,
балкарский подсмотреть обычай,
тыщонку левую срубить,
как рубит просеку лесничий?

Ты собираешься в кино?
орудуй ложкой побойчее,
гора ужалась за окном,
как сплющенный аланский череп.

До Кисловодска налегке
(почём билет?), кремнистый дао,
в моём литовском рюкзаке
Бахтин, чурчхела и Бештау.


7.

Развалка** вместо процедур,
прослушайте чревовещанье,
я сплю, как тебердинский тур.

Калым, кобанский молоток,
домбайский чай в фуникулёре,
мангала вёрткий поводок.

Подсказывают мне: не зря
прошёл по собственному следу,
где пешка метила в ферзя.

Вращай песочные часы,
раскладывай свою четвёртку,
как колются твои усы!


* Один из вариантов перевода с балкарского названия «Чегем».
** Название горы около г. Железноводска.


ПРИГЛАШЕНИЕ В ВЕНДОВЕР

1.

британский след ведёт в тьмутаракань –
в турфирму, обновляющую паспорт,
достаньте М-ку, это что за ткань?

«Парламент» распечатан и почат,
бесплатный вход, осмотр палаты лордов
намеченный по плану, доступ в чат

неврозы визы, Бэкхем восковой
и Тауэрский мост через Самарку,
договорись хотя бы сам с собой

обмен на фунты, Оксфорд – на груди,
звонки международные и карты,
предчувствуешь, что встанешь посреди

полёт произойдёт, потом by bus,
как лев, от Трафальгара до Авроры
обозревай во весь циклопий глаз


2.

англичанин кидает понты
в тэсках, в хаузах, в сервисах, в холлах,
помоги разобраться в приколах,
скушай сэндвич, забравшись сюды

всюду львы и соборы, Тюдор
крутит в день по четыре сезона,
полюбуйся на кромку газона
и отправь на язык помидор

вдоль трансепта, в Углу, вдалеке
как почувствовать что-нибудь кожей
с партизански-затравленной рожей,
с тварью комплексов на поводке?


3.

Посмотри напоследок
на роскошные площадки
и ботанический сад
«очень большой»
на все эти шпили
на «gargoyles, grotesques
and architectual details
»
человек закрывает лицо руками
чтобы не видеть зла
другой усмехается
высунув язык
который оказывается фаллосом
устремлённым в небо
«надо же у тебя дрожала рука на башне церкви Св.Марии»
одинокий стол с тетрадкой
на идеальном газоне Тринити-колледжа
«в ожидании лектора»
естественный перформанс
поле для крокета
– на High street откуда мы начали
и день-то выдался тёплый
возьми
почитай путеводитель


4. Колокол на Том Тауэр

Сто один удар колокола
каждый день
в 9-05 вечера
специально для каждого
из ста одного учеников
солнечные часы на башнях
горгульи кричат
как горящие протестантские монахи
шпили не дремлют
школяры отмечают день Св.Схоластики


5.

с утра – катарсис
высмаркивание
откашливание
чистка зубов
лёгких
днём – институт патологии в Оксфорде
где Флори получил пенициллин
вечером – пантинг
по вышедшей из берегов реке Червелл
затем – паб с просмотром футбольного матча
и тёмный эль
утром – катарсис


6. Стадион Уэмбли

«Челси» – «Манчестер Юнайтед»
1:1
далее 0:3
по дополнительным пенальти
красные празднуют
синие в сердцах
подбрасывают нас до Вендовера
«Челский» – улыбаясь, уточняет Саймон
предпочитая болеть за «Ньюкасл»


7.

В поезде на Вендовер прохладно
машины оборудованы кондиционерами
на башнях сильный ветер
как на Лондонском мосту
ведущем в собор Св.Павла
за спиной «Глобус»
внизу акция в защиту пернатых
просторное такси до Элсбери
настоящий холод в автобусе на Амершам
тепло только в деревенской песне
чёрного седого человека
на лестнице андеграунда «Вестминстер»
думай о чём-нибудь
переходя с места на место


III

* * *

1.

Папа делал
                    раму
каркас деревянный
                                  сеткой обтянутый
кнопками пользовался
                                  и шурупами
молоточком стучал
тонкие замеры
                          высвистывал
будем теперь поспокойней жить
будет теперь комарам
                                      преграда

2.

Телевизор смотрели до полтретьего,
шоколад ели, чай заваренный,
Миланом любовались и Сицилией,
музыку Морриконе впитывали,
не в силах оторваться, говорили:
– Сколько ужаса выпало на него?
– Как же может человек это вынести?
– Как же завтра мы встанем? –
                                                  беспокоились.

3.

Собирались в туристическую поездку
в Англию, за три моря,
                                      как Афанасий Никитин,
билеты уже купили, гадали,
                                            дадут ли визу.
Тут некоторые обстоятельства
                                                    вскрылись,
выяснилось многое, чего не предугадаешь,
теперь вот решаем,
дом нам менять или сидеть на месте.

4.

Три раза в неделю – курсы английского,
от такого закачаешься,
однако надо
                    «и для жизни, и для работы,
в таком возрасте это почти
                                            трансгрессия», –
говорил другим и
                              задумывался.

5.

Сидели в ресторане с навороченным дизайном,
телятину ели, стейки разные,
искренние поздравления выслушивал,
был даже тронут
                            от подобного,
курили безостановочно,
на Модильяни поглядывали,
тут и пришла мысль
                                  спонтанно
покупать иномарку.

6.

Долго думал про
                            «интересное содержание жизни»,
где оно? в чём оно?
пришёл к выводу –
                                  мания величия.
Матом начал ругаться,
говорить
              «блять» и «на хуй»,
сразу, как только захочется,
жена негодует, а я
                                «в прибыли».

7.

вышучивали друг друга

анекдоты травили

подвиги вспоминали

на большое замахивались

планы строили

8.

ДОМ построили
                          большой-пребольшой –
фундамент поехал,
деньги накопили,
                              «довольно приличные» –
ушли все,
сели,
        стали философствовать

9.

На Домбае стояли и на Эльбрусе,
Чегем освоили,
Черек
          истоптали,
местные туалеты
                            обматерили
а на гору Железную-то так и не забрались

10.

докторскую защитил
четвёртую монографию
                                      выпустил
себя показал
теперь вот
                  «почию на лаврах»

11.

Самое время уходить из образования

честным бизнесом заняться

собственному бизнесу

всего себя посвятить.

12.

В Киеве оранжевый шарф
                                            прикупил
в хохляцком ресторане
                                        потусовался
с лекцией открытой
                                  выступил
на тему исчезновения
в еврейском университете
                                            отметился
дома меня встречают, ждут новостей
главная новость –
                                эскалация революции

13.

На лыжах катались,
                                как оглашённые,
на понт брали, провоцировали друг друга,
заёмным инвентарём
                                  пользовались,
тянулись бесконечно по Кандурче,
тишину слушали,
                            сопли смахивали,
блаженные минуты
                                переживали,
в нетерпении спрашивали:
ну, и где же ты, наконец,
                                    долгожданный мост «Надежды»

14.

Проводили собрание
                                    корпоративное
кто лазанью заказывал
                                      кто роллы
                                                      кто говядину
долго на рабочий лад настраивались
в туалет бегали
                          итальянский подучивать
(новыми технологиями продаж
                                                    пользовались)
методические вопросы поднимали
на вид ставили
                          зарубки делали
полное единодушие
                                    испытывали
договорились до того
что надо бы, мол, совместный отдых
                                                                организовать
на тёплом ветерке какого-нибудь побережья


Вернуться на главную страницу Вернуться на страницу
"Тексты и авторы"
Поэтическая серия
"Воздух"
Виталий Лехциер

Copyright © 2009 Виталий Лехциер
Публикация в Интернете © 2013 Проект Арго
E-mail: info@vavilon.ru
Яндекс цитирования