С в о б о д н а я   т р и б у н а
п р о ф е с с и о н а л ь н ы х   л и т е р а т о р о в

Проект открыт
12 октября 1999 г.

Приостановлен
15 марта 2000 г.

Возобновлен
21 августа 2000 г.


(21.VIII.00 -    )


(12.X.99 - 15.III.00)


Апрель
  Март 20012   8   10   20   22   23   30Май 2001 

Маргарита Меклина   Написать автору

НЕ ВХОДИТЬ

        Ане захотелось пойти с Агостино в кино. И вот, обойдя вдоволь и поперек всю Верону и дотронувшись до джульеттиной скульптурной груди (поверье обещало исполненье желаний), они смотрели итальянское порно.
        Сначала Ане казалось, что таким образом Агостино выучит несколько позывных поз... Но по мере того, как сцеплялись производственные шестеренки оргазмов, она понимала, что спокойно могла предоставить своего Агостино вон той латентной брюнетке, или ланитной блондинке, в которую одновременно входило двое мужчин... Как будто Аня оставляла мужа наедине с целлулоидной, совсем не целомудренной пленкой - а там расцветал охальными охами, стонами - охочий до сладких колик, до секса, разгоряченный разнузданный мир.
        В начале фильма любовники скрывались в гостинице, вывесив на двери "Don't disturb", а коридорный был женихом девушки, сейчас предающейся любовным утехам с латиноамериканским красавцем. Новый кадр: коридорный вот-вот заглянет в их номер, но вовремя замечает табличку и шествует дальше.
        Ане нравилось наблюдать, как Агостино ерзал на стуле, а затем, перейдя в другое измерение, слился с блондинкой, расстегнул молнию брюк. Темно, звуки, движенья - припадок, трясучка, приап; наконец рядом с Аней зашелестела салфетка.
        В зал, задернутый угарно-сигарной завесой, зашел навязчивый долговязый юнец в шейном платке. Увидев Аню, с недоумением замер. Он был единственным тут, кто хотел живого, не киношного тела, продажной, но ощутимой любви.
        "Гей-проститутка", сказал Агостино.
        Покинув Верону, через три часа они прибыли в Монтальчино.
        Агостино не знал, почему Аня мечтала взглянуть на этот старинный отель. Не остановиться, а просто зайти - на ночь у них не хватило бы денег. Аня бежала по нескончаемым коридорам отеля одна, сфотографировала сама себя в зеркале (яркая вспышка), зеленый ковер в узнаваемых белых цветах, последний этаж.
        Здесь когда-то жила знаменитая путешественница Анаис - Анин кумир.
        Распахивались двери отеля и открывались другие миры. Где-то в пространстве обретались точки соприкосновенья с прекрасным, с ушедшей и до конца не распрощавшейся с живущими жизнью, туннель, проходящий сквозь несколько разрозненных чужеродных пластов.
        Как до этого Агостино переместился в воспроизведенный порнозвездою сюжет - так теперь Аня окуналась в чужую чудесную душу. Она была Анаис - естествоиспытатель, легенда. Анаис, прославившаяся описанием Патагонии, где, наверное, до сих пор водятся динозавры, где люди неспешны, куда новости доходят через несколько лет.
        Надолго сохранит Аня вкус этой поездки, разглядывая и карандаш с надписью "Монтальчино", и фотографию, на которой из-за вспышки - Анаис или Аня? - непонятно кто снят, и табличку "Не входить", которую она в азарте, на память, сняла с дверной ручки и положила в карман.



        А ведь у меня тоже есть такая табличка. Я стащил ее из одного Дома творчества, с номера, где мне довелось предаваться любви с одним молодым писателем, приобретшим известность новеллой о мальчике, изнасилованном уголовниками. "У меня жена, дочь, но я так люблю своих друзей, что готов им отдаться," - твердил молодой писатель, и недоумевал: "Но если наш Мэтр меня захочет - как быть?"
        Накануне вечером мы пили водку вчетвером, молодой писатель тяжеловесно флиртовал, в глазах двух других молодых писателей читался ужас... Спустя полгода один из двоих прислал мне свои новые стихи. В одном из них фамилия моего мимолетного любовника стояла рядом со словом "блядь". В другом мой глаз зацепился за строчки, которые показались мне страшно знакомыми: "Эти глаза не твои. Где ты их взял?" Я точно читал это прежде, причем, не оставляло меня ощущение, по-французски. Промучившись с неделю, я послал автору e-mail с вопросом - и получил ответ: цитата из Анаис Нин...
        К сожалению, табличка со словами "Не беспокоить" (не лишенной кокетства красной вязью на сером пластике) не подходит ни к одной из дверных ручек в моей квартире. Пришлось повесить ее на дверцу шкафчика, в котором лежат преимущественно фотоальбомы с семейными фотографиями.

Дмитрий Кузьмин



Вернуться на страницу
"Авторские проекты"
Индекс
"Литературного дневника"
Подписаться на рассылку
информации об обновлении страницы

Copyright © 1999-2001 "Вавилон"
E-mail: info@vavilon.ru

Яндекс цитирования
Баннер Баннер ╚Литературного дневника╩ - не хотите поставить?