С в о б о д н а я   т р и б у н а
п р о ф е с с и о н а л ь н ы х   л и т е р а т о р о в

Проект открыт
12 октября 1999 г.

Приостановлен
15 марта 2000 г.

Возобновлен
21 августа 2000 г.


(21.VIII.00 -    )


(12.X.99 - 15.III.00)


Сентябрь 2005
  Июль2Август 2006 

Лиля Панн   Написать автору

"НА ВОЛЮ, НА ВЫ"

О диптихе Марии Степановой "Утро субботы, утро воскресенья"

        Книга стихотворений "Физиология и малая история" Марии Степановой лидирует в моем личном летнем списке бестселлеров, а в самой книге особенно понравился диптих "Утро субботы, утро воскресенья". В рецензии, отправленной в "Новый мир", свою оценку этого произведения я, однако, не подкрепляю цитатами при том, что широко цитирую другие замечательные вещи из "Физиологии" - диптихи и триптихи ("Желание быть ребром", "Синяк (стихи о р. п.)" и др.). Всё дело в композиции диптиха "Утро...", в ней вся соль, надо приводить две части диптиха целиком. В бумажном журнале на это нет места, а здесь есть, так что я сейчас перепечатаю текст диптиха целиком и с огромным удовольствием, благо "Физиология и малая история" пока ещё не вывешена в Вавилоне. Особенно острое удовольствие, думаю, будет в том, что совпадение многих строк из первой части со строками во второй позволит мне буквально коснуться кончиками пальцев столь восхитившего меня поэтического приема, который, разумеется, не в повторении строк, а в том, как эти повторения работают у Степановой на сквозной сюжет "Физиологии и малой истории": круговорот человека в природе (с заходом на некую секретную метафизиологическую фабрику).

      (1)

      Все окна раскрыты, все шторы колеб-
      -лются, и желтее, чем дынные недра,
      Июльское солнце на плечи и бедра
      Намазывается, как на хлеб.

      Лежать поперечно кровати,
      И знать, что не надо вставати,

      Что воздух напрасно готовил
      Укрытья, ходы, колеи,
      Чтоб я в эти пазухи вставила-вставил
      Шаги и колена свои.

      Равняясь в безмыслии с липовой веткой,
      Лежать-розоветь неприличной креветкой

      В морщинах пустой простыни.
      Как будто не чуя ни тренья, ни тленья,
      Простым матерьялом без сопротивленья,
      Бельем, а его простирни.

      Движенье заразно, столетье железно,
      Тем более буду
      Под грузом субботы лежать бесполезно,
      Качая свободу,

      Как черную нефть из промасленной почвы –
      Из долгих гудков, неотвеченной почты.

(2)

Все окна раскрыты, все шторы колеб-
-лются, и желтее, чем дынные недра,
Июльское солнце на ветхие бедра
Намазывается, как на хлеб.

Не помню, мы женщины, или мужчины,
Иль мы разнополы, и кто – вещество,
Ловящее воздух во рты и морщины
И трещины тела едва ль своего,
В морские морщины сухой простыни.

Деталями в масле грядущего тленья
Простым матерьялом без сопротивленья,
Бельем, а его простирни.

Лежим поперечно кровати,
Пустые сосуд,
Сознав, что не надо вставати,
И так унесут.

Что воздух напрасно готовил
И впрок размягчал колеи,
Чтоб мы в эти пазухи вставила-вставил
Болты и шарниры свои.

И как паровозы на ветер – пол-порции дыма,
В мельчайшее зеркальце, бьющееся невидимо
У старческих губ, проверяя кондицию, –
Свою выдыхаю петицию:

Последнего воздуха маленький груз
(На зуб, на зерно, на мышиный укус)
Отдам дорогому заводу.
Сама же иду на свободу.

На волю, на вы, отрясая печати,
Иду воскресенье как мышцы качати;
Как нефть из промасленной почвы –
Из впредь неотвеченной почты.

        Да, как я и ожидала, операции Copy и Paste и затем внесения небольших (!) изменений (типа "Из долгих гудков, неотвеченной почты" vs. "Из впредь неотвеченной почты") прошли у меня с чувством глубокого удовлетворения. А что, интересно, испытал сочинитель, когда ему явился его замысел? Возможно то же, что и Моцарт, когда (есть легенда) музыка приходила к нему не в последовательности звуков, а сразу целиком, кто музыку столь же видел, сколько и слышал.
        Признаюсь, при первом чтении диптиха по диагонали, при том, что всё тут черным по белому сказано недвусмысленно, я попалась на удочку заглавия и практически буквального повтора первой строфы, пребывая в убеждении почти до конца диптиха, что "лирическое тело" проводит ещё одно утро в отдыхе, уже в воскресном. И вдруг как гром среди ясного неба (этакое незаслуженное вознаграждение за псевдо-чтение!) осознание, что тихой сапой наступило утро не на следующий день, а через многие дни или годы, и не отдых тут, а умирание, и не "лирического тела", а любого тела, и не воскресение-день недели тут, а: "Иду воскресенье как мышцы качати".
        Диптих этот - зеркало, отражающее сразу настоящее и будущее, жизнь и смерть. При повторных чтениях в строках из первой части будешь узнавать строки из второй и наоборот. Жизнь и смерть будут меняться местами – этакий круговорот человека в природе, и никогда ещё этот круговорот не был столь зрим на белом листе бумаги, покрытом словами. (Картинки есть: у индусов изображение сансары, где младенец переходит незаметно в старика, а старик в младенца.)
        Почему-то поэтическая техника взволновала меня больше, чем то, ради чего она была применена. Никогда ещё в моих глазах "форма" так не торжествовала над "содержанием" при том, что слиты они полностью. Настолько слиты, что повторить этот прием вряд ли возможно и нужно...



Вернуться на страницу
"Авторские проекты"
Индекс
"Литературного дневника"
Подписаться на рассылку
информации об обновлении страницы

Copyright © 1999-2002 "Вавилон"
E-mail: info@vavilon.ru

Яндекс цитирования
Баннер Баннер ╚Литературного дневника╩ - не хотите поставить?